В субботу, 11 апреля, в столице Пакистана — Исламабаде — стартуют переговоры между США и Ираном. Их цель — понять, получится ли продлить двухнедельное перемирие и добиться долгосрочного мира. Этот раунд консультаций вызывает огромный интерес на международной арене: от его итогов может зависеть стабильность всего Ближнего Востока.

ФОРМАТ И МЕСТО ПРОВЕДЕНИЯ

Консультации запланированы в закрытом режиме и, по информации иранского Высшего совета национальной безопасности, могут занять до 15 дней. Такая продолжительность отражает сложность вопросов, которые предстоит обсудить сторонам. По сообщению пакистанского гостелеканала PTV, площадкой для диалога может стать конференц‑центр имени Мухаммада Али Джинны — одно из самых престижных и хорошо оборудованных зданий в городе, способное обеспечить необходимый уровень безопасности и комфорта.

Предполагается, что стороны воспользуются методом «челночной дипломатии»: делегации разместятся в отдельных помещениях, а посредниками выступят представители Пакистана — они будут передавать сообщения между участниками. Этот формат выбран не случайно: он позволяет снизить напряжённость прямого контакта на ранних этапах переговоров и даёт возможность сторонам более взвешенно формулировать свои позиции.

УЧАСТНИКИ

Американскую делегацию возглавляет вице‑президент Джей Ди Вэнс — его участие было ключевым требованием Ирана: в Тегеране считают, что только он способен гарантировать выполнение будущих договорённостей на высоком уровне. В состав делегации также вошли спецпосланник президента Стивен Уиткофф, Джаред Кушнер (зять Дональда Трампа) и адмирал Брэд Купер (командующий Центральным командованием ВС США). Такое сочетание гражданских и военных представителей подчёркивает комплексный подход США к переговорам: от дипломатического диалога до вопросов безопасности.

Иранскую делегацию представляют спикер парламента Мохаммад Галибаф и министр иностранных дел Аббас Аракчи. Оба политика имеют большой опыт международных переговоров и пользуются доверием верховного руководства страны. Их назначение свидетельствует о серьёзности намерений Тегерана и стремлении добиться конкретных результатов.

ПОЗИЦИЯ США

«Мы с нетерпением ждём переговоров. Я думаю, они будут положительными. Если иранская сторона готова вести диалог добросовестно, мы, безусловно, готовы протянуть руку. Но если они попытаются нас обмануть, то обнаружат, что переговорная команда не будет к этому восприимчива», - заявил Джей Ди Вэнс перед вылетом в Пакистан.

Эти слова отражают двойственный подход американской стороны: готовность к конструктивному диалогу сочетается с чётким предупреждением о последствиях несоблюдения договорённостей.

Дональд Трамп перед началом консультаций усилил давление на Иран: «Мы загружаем корабли лучшими боеприпасами, лучшим оружием, которое когда‑либо создавалось. Даже лучше, чем то, что мы использовали раньше. Примерно через 24 часа станет понятно, насколько переговоры с Ираном могут быть успешными. Единственная причина, по которой Иран сегодня жив, — переговоры. У Ирана нет козырей».

Подобные заявления призваны продемонстрировать решимость США и подчеркнуть, что Вашингтон готов к любому развитию событий — как дипломатическому, так и военному.

ПОЗИЦИЯ ИРАНА

Иранская сторона настроена осторожно. Президент Масуд Пезешкиан подчеркнул, что решение о перемирии и переговорах утвердил лично верховный лидер Моджтаба Хаменеи — после того, как США приняли требования Тегерана. Это подчёркивает, что любые договорённости должны получить одобрение высшего религиозного руководства страны, что усложняет процесс принятия решений.

Мохаммад Галибаф перед стартом консультаций отметил, что США пока не выполнили условия для начала диалога. В частности, Иран требовал прекращения огня в Ливане и разморозки иранских активов. Позже послы Ливана и Израиля в США сообщили, что переговоры о прекращении огня в Ливане запланированы на следующую неделю. Это частичное выполнение требований может создать основу для более конструктивного диалога, хотя полного соответствия ожиданиям Тегерана пока не достигнуто.

РОЛЬ ПАКИСТАНА

Премьер‑министр Шахбаз Шариф официально подтвердил проведение переговоров 11 апреля в Исламабаде и опроверг слухи об их возможной отмене: «Власти Пакистана приложат все возможные усилия для успешного проведения переговоров».

Пакистан, выступая в роли нейтральной площадки, стремится укрепить свой международный авторитет и продемонстрировать способность играть ключевую роль в урегулировании региональных конфликтов.

Для обеспечения безопасности приняты масштабные меры: правительственный район Исламабада («Красная зона») оцеплен полицией, главные дороги к административному кварталу перекрыты. Разработан комплексный план защиты иностранных гостей. Переговоры пройдут в изолированных комплексах с семью «кольцами обороны», а в охране задействовано около пяти тысяч военных. Такие беспрецедентные меры отражают высокую степень риска и важность мероприятия для международной безопасности.

ПОЗИЦИЯ РОССИИ

В Москве приветствовали начало переговоров и выразили надежду на их успех. В МИД РФ подчеркнули, что главная задача — устранить первопричины конфликта, спровоцированного Вашингтоном и Тель‑Авивом: «К сожалению, находятся силы, которые тормозят движение к миру, вольно или невольно создают препятствия на этом пути».

Это заявление указывает на критическое отношение России к политике некоторых западных стран в регионе.

Россия готова содействовать урегулированию и напомнила о своей инициативе по согласованию концепции безопасности в зоне Персидского залива — она предполагает диалог между всеми странами региона: «Призываем всех участников анонсированных переговоров в Пакистане проявить ответственный подход и избегать любых действий, которые могут подорвать открывшийся шанс».

Москва позиционирует себя как сторонника комплексного подхода к безопасности, учитывающего интересы всех государств региона.

ТРЕБОВАНИЯ СТОРОН

Позиции США и Ирана на старте переговоров кардинально различаются. Иран, согласно заявлениям Высшего совета национальной безопасности, настаивает на отказе США от агрессии, сохранении контроля над Ормузским проливом, признании права на обогащение урана, снятии всех санкций, прекращении действия резолюций СБ ООН и МАГАТЭ против страны, выплате компенсаций, выводе американских войск из региона и прекращении войны на всех фронтах. Эти требования отражают стремление Тегерана добиться полного суверенитета в принятии решений и компенсации за годы санкционного давления.

США, в свою очередь, выдвигают 15 требований, среди которых — разблокировка Ормузского пролива и создание «свободной морской зоны», ограничение ракетной программы Ирана, отказ от ядерного потенциала и запрет на обогащение материала, ликвидация ядерных объектов и передача обогащённого материала МАГАТЭ, а также прекращение поддержки проиранских сил в регионе. Вашингтон делает акцент на безопасности судоходства, нераспространении ядерного оружия и снижении влияния Ирана на региональные конфликты.

Младший научный сотрудник «Центра ближневосточных исследований» ИМЭМО РАН Евдокия Добрева ранее говорила НСН, что Иран не пойдет на деблокировку Ормузского пролива, так как он является их основным рычагом воздействия на США.

«Это тупик, потому что Ормузский пролив - это по сути единственный инструмент влияния на ситуацию, в том числе и внутри США за счет цен на энергоносители и, возможно, перспективы повышения цен на топливо в США. Это единственный рычаг влияния Ирана, помимо военного ущерба, который он наносит США. Поэтому, мне кажется, вряд ли они пойдут на такое. Сейчас любые идеи, озвучиваемые о переговорах, сразу расцениваются как такая капитуляция, и это мнение очень непопулярное. Политики потом быстро возвращаются в правильное русло», - рассказала собеседница НСН.

ПЕРСПЕКТИВЫ ДИАЛОГА

Эксперты считают, что достичь окончательного соглашения за две недели практически нереально: недоверие между сторонами слишком велико, а позиции — слишком противоположны. Дополнительным осложняющим фактором может стать позиция Израиля, который прямо заинтересован в сдерживании Ирана и может оказывать давление на США. Кроме того, внутриполитическая ситуация в обеих странах накладывает ограничения на гибкость переговорщиков: любые уступки могут быть использованы оппозицией для критики действующих лидеров.

Тем не менее некоторые аналитики отмечают и поводы для осторожного оптимизма: обе стороны, похоже, устали от войны и заинтересованы хотя бы в приостановке боевых действий. Экономические трудности, вызванные санкциями и конфликтами, создают стимул для поиска компромиссов. Кроме того, участие Пакистана в качестве посредника и поддержка со стороны России могут способствовать созданию более благоприятной атмосферы для диалога. Если сторонам удастся договориться хотя бы о продлении перемирия и создании рабочих групп по отдельным вопросам, это уже станет важным шагом на пути к долгосрочному урегулированию.